География джаза в Казани: улица Лундстрема и переезд фестивалей Ольги Скепнер и Валерия Короткова

0
116

«Как проехать на Олега Лундстрема?» — «Езжайте по Оренбургскому тракту в сторону озера Шанхай, там свернете на Виктора Деринга, и до Лундстрема рукой подать…»

Надеюсь, что так для джазового туриста у нас лет через 20 будут объяснять дорогу на фестиваль. Все эти топонимы действительно существуют на карте Казани и её пригородов: и улицы имени наших прославленных джазменов, и озеро Шанхай, хотя узнал я все это почти случайно, набрав поисковую строку в интернете. Вот это сообщение:

В коттеджном поселке «Примавера» Приволжского района Казани появится сразу четыре новые улицы и один переулок — Блестящий. Об этом сообщается в постановлении, опубликованном в сборнике документов исполкома Казани.

Одной из улиц присвоили имя советского, английского и французского артиста балета, балетмейстера Рудольфа Нуреева (1938−1993). Улицы также назвали в честь первого казанского полицмейстера из татар-мусульман Шагиахмета Алкина (1812−1879), композитора, эстрадного дирижёра, заслуженного артиста РСФСР Олега Лундстрема (1915−2005), народного артиста РТ, почётного кинематографиста России Виктора Деринга (1921−2009).

казанское издание «Бизнес Online» 

Улицы Олега Лундстрема и Виктора Деринга на карте Казани
Улицы Олега Лундстрема и Виктора Деринга на карте Казани

Лундстрем и Деринг вместе приехали в Казань в составе «шанхайского» джаз-оркестра после репатриации в 1947 г. В конце 50-х Лундстрем с частью оркестра уехал в Москву, а Деринг остался в Казани, долгие годы возглавлял оркестр Казанской городской киносети, игравший в кинотеатрах, а затем ставший оркестром Комитета кинематографии Республики Татарстан — отсюда и звание «почётного кинематографиста».

Тихий праздник пришел на нашу джазовую улицу. Не было цветов и фейерверков, никто не резал ленточку и не срывал полотна с мемориальной доски. Джазовые улицы Лундстрема и Деринга находятся пока, как и сам джаз в местном культурном ландшафте, вдалеке от центра Казани, в уютном и мало обжитом поселке вблизи магистрали, ведущей прочь из города, в аэропорт. Но чудится: пройдут годы, поменяется «вертикаль» на «горизонталь», и центр культурной жизни вполне может сменить адрес и переехать подальше от министерств и ведомств, поближе к Олегу Леонидовичу и Виктору Эдуардовичу…

Вид со стороны Оренбургского тракта: дома вдоль улицы Олега Лундстрема
Вид со стороны Оренбургского тракта: дома вдоль улицы Олега Лундстрема

Смена прописки 1 — из «Усадьбы» в «Кремлевский Двор», а со «Двора» — на Площадь перед Дворцом

Тема смены прописки сегодня звучит актуально и для двух значимых казанских культурных событий. Если коротко — смотри заголовок… Объясняю: в последние годы в нашем городе существуют два продюсерских центра джазовой активности: их возглавляют, соответственно, Ольга Скепнер и Валерий Коротков. Валерий с 2011 г. проводил фестиваль «Kremlin-Live» в казанском Кремле, а Ольга с 2007 продюсировала фестиваль импровизационной музыки «Джаз в Усадьбе Сандецкого». И вот дислокация фестивалей в этом году поменялась: «Kremlin-Live» из Кремля переместился на набережную реки Казанки, на площадь у Дворца Земледелия, где состоялся 20 августа под названием «Kazan — Live» с грандиозной программой и с участием Игоря Бутмана.

Общий вид набережной перед дворцом
Общий вид набережной перед дворцом

ДАЛЕЕ: продолжение рассказа о двух летних фестивалях в Казани и других тенденциях казанской джазовой жизни… 

Оркестр под управлением Анатолия Василевского. Солирует Игорь Бутман (фото © Сергей Евсеев)
Оркестр под управлением Анатолия Василевского. Солирует Игорь Бутман (фото © Сергей Евсеев)

Перед этим памятником архитектурным вкусам местной элиты уже не раз выступал наш симфонический оркестр под руководством Александра Сладковского, и наконец на простор площади вырвался фестиваль, которому стало тесно в кремлевских дворах. Место, согласитесь, замечательное, что видно на этом кадре:

Пространство перед сценой «Kazan — Live»
Пространство перед сценой «Kazan — Live»

А вот концерты детища Ольги Скепнер из уютного дворика усадьбы Сандецкого после 10 лет успешного цветения и культурного плодоношения переехали на Пушечный двор казанского Кремля, и теперь проходят под девизом «Джаз в Кремле с Ольгой Скепнер». Это вполне оправдано хотя бы тем, что в последние пару лет на некоторые концерты в Усадьбу было невозможно достать билеты: желающих попасть на джаз было явно больше того, что позволяла площадка во дворе Музея изобразительных искусств, к тому же окружённая жилыми домами. Представляю новое место в Кремле на фото общего вида Пушечного двора перед началом концерта 10 августа, содержание которого можно обозначить как «Пианист Евгений Борец и его друзья»: концерт вызвал у меня, кроме массы положительных эмоций, ещё и множество воспоминаний, связанных с казанским джазом на переломе тысячелетий, чем и хочу поделиться ниже.

Пушечный Двор казанского Кремля за полчаса до начала концерта. На переднем плане — столы для тех, кто собирается поужинать на джазовом фоне.
Пушечный Двор казанского Кремля за полчаса до начала концерта. На переднем плане — столы для тех, кто собирается поужинать на джазовом фоне.

Смена прописки 2 — все дороги ведут в Москву

Евгений Борец и его ансамбль на сцене фестиваля «Джаз в Кремле с Ольгой Скепнер»
Евгений Борец и его ансамбль на сцене фестиваля «Джаз в Кремле с Ольгой Скепнер»

Концерт выдался на славу, Евгений «со товарищи» был в прекрасной форме, замечательно выполнял роль ведущего: был одновременно краток и остроумен. Редко любителям музыки представляется такое удовольствие: за один вечер получить в высококлассном, а ещё лёгком и весёлом, исполнении такое разнообразие «музык»: от новоорлеанского блюза до нео-свинга, от поп-джаза 50-х в прекрасной стилизации трубача Константина Гевондяна под Руби Браффа — до камерного вокала Дианы Поленовой на замечательные тексты… И всё это в сопровождении трио в составе: Евгений Борец (клавиши) — Сергей Хутас (контрабас) — Давид Ткебучава (барабаны).

 Евгений Борец, Диана Поленова, Сергей Хутас, Константин Гевондян
Евгений Борец, Диана Поленова, Сергей Хутас, Константин Гевондян

И вот ведь что обидно: все они вполне могли бы быть сегодня казанскими музыкантами, но нет, это богатство талантов забрала себе Москва. Сергей Хутас начинал джазовый путь по соседству, в Набережных Челнах, под началом бэндлидера Александра Колигера, в Москву перебрался в 2000-м, поступив в славную Гнесинку. Назад, естественно, не вернулся. Давид Ткебучава — тоже наш джазовый «выкормыш», играл в оркестре Анатолия Василевского, уехал работать в Москву немного позже, в 2003. И вот теперь все вместе собрались — в трио Евгения Борца. Евгений, без сомнения, сегодня многого добился и успешно реализовал себя в Москве, хотя довольно долго жил и работал в Казани.

Я хорошо помню его первые шаги в джазе, это было в 1986 году, на взлёте фестиваля «Джазовый перекрёсток», когда 17-летний Женя впервые показался на сцене Молодёжного центра… Его нельзя было не заметить: юный, одухотворённо красивый, рвущийся к возможности выразить себя в сольном выступлении. Тогда в местной прессе (газета «Вечерняя Казань») я написал об этом:

Появился очень молодой и потому многообещающий Женя Борец (фортепьяно); вот у кого настоящий бойцовский характер — сыграл, выручил в первый день (подряд в двух концертах!), а на джеме не постеснялся маститых музыкантов, смело прорвался к роялю (как мне потом рассказывали, его еле оттащили от инструмента)…

Молодой и многообещающий Женя Борец на сцене казанского Молодёжного центра, «Джазовый перекрёсток», 1987
Молодой и многообещающий Женя Борец на сцене казанского Молодёжного центра, «Джазовый перекрёсток», 1987

Во время учебы в Казанской консерватории в 1990 Евгений стал участником квартета «Казань», в котором объединились молодые и талантливые музыканты — руководитель, саксофонист Михаил Савин (он старше Евгения на 3 года), выпускник консерватории басист Андрей Фалько и барабанщик Ильдар Нафигов. Эти ребята вступали в жизнь в тяжёлые времена перемен, которые переживала страна в начале 90-х.

В Татарстане, кроме падения общего уровня жизни, были ещё и свои, национальные «заморочки». Есть такая поговорка : «Где родился, там и пригодился». Как-то так получалось, что самые талантливые джазисты в Казани поступали вопреки этой народной мудрости. Поначалу Миша Савин, человек тогда ещё совсем молодой, но к своим музыкальным талантам ещё и очень практичный, пытался устроить свою семейную жизнь в Казани.

Михаил Савин

Только окончив консерваторию, он уже преподавал там же и одновременно играл и писал аранжировки в Оркестре комитета кинематографии РТ у Виктора Деринга. Но быстро понял, что перспективы «пригодиться» в родном городе и обеспечить приличное материальное существование для семьи у него нет. В 1994 году он завязывает с джазом и уезжает в Москву к Валерию Сюткину. Становится аранжировщиком и музыкальным руководителем коллектива, чаще играет на клавишных, чем на саксофоне, и поднимает качество записей ансамбля на новую высоту. Его талант и джазовая сущность прекрасно проявляется в таких хитах Валерия Сюткина, как «7000 над Землей»: очаровательные вставки на аккордеоне и блюзовые нотки («Перелете-е-еть океан…») Такая аранжировка по силам только джазовому музыканту, каким Миша Савин остался даже и в годы глухого засилья попсы.

А Евгений Борец еще несколько лет продолжал пытаться «пригодиться» в Казани, освежая своим талантом атмосферу культурной деградации девяностых, организовал трио «БоНаСо» с Ильдаром Нафиговым на барабанах и Олегом Солодовниковым на контрабасе, преподавал в джазовой музыкальной школе, ездил на фестивали, приглашал в Казань для совместного выступления звёзд российского джаза. Но понимал, что вырасти в музыканта мирового уровня сможет только в Москве. Толчком к окончательному отрыву от родной казанской почвы послужило приглашение Игоря Бутмана после совместного выступления в 2000 году. Как это часто в жизни случается, по приезде в Москву ребята выяснили, что их тут особо и не ждут, пробиваться надо своими силами. Солодовников вернулся в Казань, а Борец и Нафигов остались. Тут их пути разошлись, но оба нашли свое место в столичной джазовой тусовке, а Евгений вскоре стал руководить музыкальной программой престижного клуба Jazz Town, работавшего в середине 2000-х на Таганке.

Евгений Борец (фото: архив «Джаз.Ру»)
Евгений Борец (фото: архив «Джаз.Ру»)

Он играл в различных московских коллективах, в том числе в ансамбле «Джаз Бас Театр» Алекса Ростоцкого, с которым появился в Казани в 2001 г. на фестивале «Джазовый Перекрёсток». В 2003-2004 принял участие в записи альбомов Ростоцкого «Splashes» и «Время, когда рыбы думают о прошлом», — играть и записываться с такой джазовой глыбой, как Саша Ростоцкий, уже знак высшего джазового качества! Дальше — ещё одна грань музыкального таланта Евгения — сотрудничество с Андреем Макаревичем в многообразных проектах, как поп-джазовых, так и почти- или «около»-джазовых. Все видят, как с появлением «Оркестра креольского танго» творчество Андрея расцветилось новыми музыкальными красками, и Евгений Борец тут явно «при чём». С Мишей Савиным пути Евгения тоже пересеклись, Михаил часто участвует в «Джазовых трансформациях» Макаревича, а в 2010 друзья записали под продюсированием Михаила отличный альбом «Савин — Борец. Умом Россию не понять».

COVERПослушал его снова — и как будто смыл пыль и серость повседневного существования. Не зря его так высоко оценил в аннотации наш гуру Фейертаг, назвавший его «самым лирическим альбомом в дискографии российского джаза последнего десятилетия».

Так что, родные (это я своим землякам), не будем вздыхать и печалиться — таких столичных возможностей Казань дать нашим «савиным-борцам» не могла. Наше казанское тихое счастье — следить издалека за успехами своих джазовых сынков и радоваться. Во все времена Российской империи всё лучшее из провинции забирала Москва. Вот и Деринг с Лундстремом пересеклись улицами только на карте, а в жизни Олег Леонидович, не раздумывая, сменил казанскую прописку на московскую, а Виктор Эдуардович остался в Казани.

Нам на радость.

А Дерингу?

P.S. Из 18 музыкантов оркестра Олега Лундстрема, вернувшихся из Шанхая на родину в 1947 году, получили московскую прописку в 1963 году шестеро: Олег Лундстрем, Игорь Лундстрем, Александр Гравис, Алексей Котяков, Олег Осипов, Григорий Осколков. В Казани к этому времени оставались восемь бывших «шанхайцев»: Виктор Деринг, Владимир Серебряков, Анатолий Голов, Александр Маевский, Иннокентий Горбунцов, Онофрий Козлов, Юрий Модин, Иннокентий Бондарь.




ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.